что говорю, а то сейчас спалят — еще больше проблем будет.
Цокнув и закатив глаза, он взял тварь за хвост, и мы ее понесли. Направлением я выбрал медпункт. То, что Цветкова меня не подставила с этим придурком, которому челюсть сломал, давало хоть какую-то надежду.
Отдавать монстра, которого я сам убил, не собираюсь. У меня в руках моя личная добыча. Пока мы шли, шепотом узнал у Володи, что можно взять с этой прелестной твари.
Главное — это ее глаза. Можно сделать зелье обмана, то, что может изменить человеческую личину на кого-то другого. Понятно, артефакты и сильные маги сразу раскусят, но штука часто популярна в публичных домах. Да и в разведке, как и в семейной жизни.
По ценам зельевар меня не сориентировал. Но ничего, у меня есть другой человек для добычи информации. Дима, скоро тебе придется потрудиться не меньше Борзова, хоть тот еще не в курсе.
Следующее, что самое ценное у монстра — это какая-то железа. Именно она — источник силы и умений таких монстров. Их исследуют с момента первой волны. До сих пор тайна, как обычные звери превратились в тварей. Или они сразу такими вышли из разломов? Выдал мне историческую справку Владимир.
Если железу раздавить, то выделится сок. Из него потом можно сделать отвар, который является очень мощным зельем. Оно позволяет расширить вместилище и укрепить каналы. Именно благодаря таким железам маги и переходят с уровня на уровень, но обычно там сотые или десятые части от изначального продукта.
— Хочу! — сразу же озвучил я свои планы.
Но не все так просто. Нужна лаборатория и инструменты. Требуется очистка, потому что обычным вывариванием не избавится от токсинов. Однако, если принять грязное зелье, и ты выживешь после приема… То потом чуть ли не свежую железу можно будет жрать и получать еще больше полезных эффектов.
Зельевар отчитался, что сможет сделать среднего качества отвар, если под рукой будут хоть какие-то инструменты и место. Мозг твари я испортил, и поэтому не сделать эликсир «Магического роста», но из других частей можно что-то еще собрать.
Руки чесались получить все, что только можно, с этой твари. И почему-то я был уверен: лейтенант Цветкова поможет. Она же заинтересована в своей селезенке? А когда услышит, что я придумал, должна согласиться.
Мы стояли около медпункта. Я, весь перемазавшийся в слизи твари, отчего щипало все тело, и Володя, который не понимал, что происходит. Постучал, потом еще раз постучал. Открыла Дарья Макаровна в расстегнутом халате, так, что было видно ее черный бюстгальтер. Зевнула и посмотрела на меня.
— Солнцев? — Зевнула она еще раз. — Какого ты приперся ночью?
— Дарья Макаровна, — перебил я ее. — Тут такое дело, я нечаянно убил монстра. Восточного змея… Он лежит здесь. Нужно место, где мой друг, — я толкнул плечом Володю, который не сводит глаз с ее груди, — разделает эту тварь. Мне с нее потребуется железа и то, что пойдет на зелья восстановления магии, скорости, выносливости, силы. Селезенку готов отдать вам, если что, мой друг сделает «Молодуху», оборотное зелья тоже могу пожертвовать. Зелье будет одно, потому что второй глаз я повредил. Да и все остальное забирайте, — четко и по существу выдал свое предложение.
Женщина выпрямилась, глаза посветлели, и она улыбнулась.
— Солнцев, не ошиблась я в тебе, — подмигнула мне Дарья. — Затаскивайте давайте. Все, что смогу, дам. То, что ты попросил — забирай, остальное мое. Твой дружок, миленький дохлячок, все делает сам, я не притронусь. И тогда по рукам.
Я протянул ладонь, и мы скрепили наш договор. Володя продолжал пялиться на ее грудь. Меня это абсолютно устроило, потому что он не возмущается. Потом у него уже не будет выбора, и сделает все, что нужно для общего блага.
Мы зашли в какую-то подсобку, где у лейтенанта, судя по всему, склад всяких зелий и другого незаконного барахла. Цветкова расчистила стол, достала какие-то ножи, скальпели и склянки.
Володя, словно врач, брал все, что она давала, и очень умело применял на теле змея. Вспорол брюхо, отчего завоняло так, что нас чуть не вывернуло. Не знаю, специально или нет, но Дарья вилась вокруг него так, что постоянно задевала грудью, отчего мой зельевар просто таял. На его лице играла тупая улыбка слюнтяя, которого взяли в оборот.
Потом зажглась какая-то плита, и началось кашеварение. Я вышел на улицу проверить, все ли тихо. В медчасти никого не оказалось, поэтому перемещаться можно было спокойно.
Ко мне вышла Цветкова.
— Борис Иванович, удивлена, что у вас есть такие умелые знакомые. У Володи просто золотые руки. Я училась на курсе зельеваров и артефакторов почти пять лет, но его навыки превосходят мои. А я была вторая на курсе по успеваемости.
— Борзов, — ответил я с улыбкой.
— Да вы что? — растянула женщина с хитрыми глазами. — Мальчику не на стену надо, а в институт, лучше в академию. Никогда не понимала, всех грести под одну гребенку…
— Я обещал вам достать селезенку, я вам ее принес. Так мало того, еще нужное зелье сварят. Также вы получите оборотное зелье и другие части. Свою часть сделки я перевыполнил, жду от вас ответной реакции.
— Ха-ха-ха! — засмеялась лейтенант. — А тебе руку в рот не клади, по локоть откусишь. Хорошо. Через пару дней зайди, будут тебе зелья за твою работу, — улыбнулась Дарья Цветкова и подмигнула мне.
Теперь важно не останавливаться, и тогда мы разживемся зельями. Они нам за стеной помогут, и деньги заработаем, тогда тут можно будет развернуться. Очень хотелось, чтобы у Володи вышло как можно больше эликсиров, да и непонятно, сколько в конечном итоге за мои старания отсыпет благодарности.
На часах было уже три часа ночи. Глаза слипались. С утра еще тренировка сержанта, необходимо с ребятами провести свою и убедить их меня послушать. А следом тренировочный бой с Айвазом за место лидера.
Цветкова периодически заскакивала к Володе, чтобы проверить, как у него дела. Я не лез, потому что не разбираюсь, да и под руку что-то говорить…
В четыре утра выполз Владимир, уставший, как собака, но довольный. Глаза просто светились счастьем. Он улыбался, в его руках были пробирки. Четыре штуки он отдал Цветковой, которая сразу же запихнула их себе в карман халата.
Еще восемь передал мне. По две на скорость, выносливость, силу и магическое восстановление. Взял их, посмотрел на мутную водицу внутри. Так и не поймешь, что для чего.
— А подписать можно? Для дилетантов, как я, — попросил я зельевара.
Владимир забрал их обратно и пошел в каморку, а я обратился к Цветковой.
— Лейтенант, можно они пока полежат у вас? Я через пару дней зайду за тем, что вы приготовите, и за этими, — спросил я женщину.
— Можно, — растянула она. — А что мне будет за это?
— Что вы хотите?
— Отправь мне дохленького на ночь. Он меня чему-нибудь научит, — хищно оскалилась Цветкова.
— Постараюсь что-то придумать, — кивнул ей.
Передал Дарье зелья. Владимир достал из кармана штанов еще одно. В отличие от других, эта жижа была черного цвета.
— На вот, это отвар из железы. Только не советую его пить, в нем примеси остались процентов двадцать, можешь и не пережить… — как доктор, выписывающий рецепт, произнес Борзов.
Я взял пробирку и запихнул ее в карман штанов. Мы попрощались с Дарьей, и она нас проводила. Когда открыла дверь медпункта, на улице в майке и штанах стоял злой Твердохлебов.
— Даша? Ты снова за старое? — сурово спросил сержант.
— Я? — испугано ответила женщина.
— Самсон Андреевич, — перебил я всех. — Борзов и лейтенант ни в чем не виноваты. Это я поднял Володю и разбудил Дарью Макаровну, наказывайте только меня.
— Ты⁈ Как же ты меня… Боря… Сука! — подбирал слова сержант, обращаясь ко мне. — Борзов, быстро спать! Приду через минуту, проверю. Завтра ты у меня, голубчик, будешь бегать, пока свой желудок не выблюешь! Пошел вон!
Володя посмотрел испуганно на меня и дал деру в казарму.
— Солнцев, ко мне! — гаркнул Твердохлебов.
* * *
Мысли сержанта, когда он думал как наказать Солнцева
Смирнов был прав. Хороший паренек, знает, чего хочет, и добивается этого. Вот только здесь ему не родные пенаты. Им и так уже заинтересовались Верка и Зубарев, а он так тупо подставляется…
Если
